знает, кто изготовил эту штуку.
– Но ее изготовили на заводе?
– Да. Около двух недель назад… но в записях не указано имя сборщика. Похоже, Ллойд считает это очень странным. Администрация завода регистрирует каждое изделие, обязательно с указанием фамилии работника, его изготовившего.
– И что еще он сказал?
– Я спросил, как открыть корпус, и он ответил: очень просто. Достаточно открутить винты на задней панели.
– Там нет никаких винтов, – произнес Фицджеральд.
– Я в курсе.
Они переглянулись.
– Я бы дал пятьдесят баксов, чтобы узнать, действительно ли этот робот был собран всего две недели назад, – сказал Фицджеральд.
– Почему?
– Потому что радиоатомный мозг нужно всему обучить. Даже просто поджигать сигарету.
– Он видел, как я прикуривал.
– И последовал примеру. Что касается мытья посуды… Гм… Индуктивный метод, наверное. Если устройство обучали, это робот. Если нет… – Фицджеральд осекся.
Керри заморгал:
– Что?
– Я не знаю, что это за штуковина. Она такой же робот, как я эогиппус[27]. Керри, я почти уверен: ни один современный ученый не обладает знаниями, необходимыми для создания подобной штуки.
– Ты рассуждаешь по кругу, – сказал Керри. – Ее изготовили.
– Угу. Но как? Когда? И кто? Вот что меня беспокоит.
– Слушай, у меня занятие через пять минут. Может, зайдешь вечером?
– Не могу. Читаю лекцию в Холле. Позвоню тебе после лекции.
Керри кивнул и ушел, пытаясь выбросить проблему из головы. Получилось неплохо, но вечером, когда он ужинал в ресторане, ему не хотелось возвращаться домой. Там его ждал злой дух.
– Бренди, – велел он официанту. – Двойной.
Через два часа такси высадило Керри у дома. Он изрядно набрался, перед глазами все плыло. Пошатываясь, он подошел к крыльцу, осторожно поднялся по лестнице и ввалился в прихожую.
Он включил свет.
Радиола уже ждала. Тонкие, но прочные, словно металлические, щупальца аккуратно оплели его тело, лишив возможности двигаться. Керри перепугался до смерти. Он отчаянно сопротивлялся и пытался кричать, но из горла не вырвалось ни звука.
Из панели радио ударил желтый луч, ослепив Керри. Луч качнулся вниз, уперся в грудь. Керри почувствовал странный вкус под языком.
Примерно через минуту раздался щелчок и луч погас. Щупальца скрылись, радиола вернулась в свой угол. Керри на подламывающихся ногах подошел к креслу и обмяк в нем, глотая воздух.
Он протрезвел. Что было совершенно невозможно. Четырнадцать порций бренди – этого достаточно, чтобы организм пропитался насквозь. Нельзя просто посветить на человека, чтобы он мгновенно очистился от алкоголя. И все же произошло именно это.
Радиола… робот?.. старается помочь. Только Керри предпочел бы остаться пьяным.
Он осторожно встал и прокрался к книжной полке. Поглядывая одним глазом на радиолу, взял детективный роман, который пытался читать накануне вечером.
Как он и предполагал, радиола забрала у него книгу и вернула на полку. Вспомнив слова Фицджеральда, Керри посмотрел на часы. Время реакции – четыре секунды.
Он взял Чосера и подождал, но радиола не шелохнулась. Тем не менее, когда Керри выбрал книгу по истории, ее аккуратно извлекли из его рук. Время реакции – шесть секунд.
Керри нашел книгу по истории в два раза толще.
Время реакции – десять секунд.
Вот как. Выходит, робот действительно читает книги. А значит, у него рентгеновское зрение и сверхбыстрая реакция. Боже правый!
Керри перебрал еще несколько книг, гадая, чем руководствуется радиола. «Алису в Стране чудес» у него отняли; стихи Миллей[28] оставили. Он составил список из двух столбцов, чтобы потом попробовать разобраться.
Итак, робот не просто слуга. Это цензор. Но каковы его критерии?
Через некоторое время Керри вспомнил о завтрашней лекции и пролистал свои заметки. Кое-что следовало уточнить. Он довольно неохотно нашел нужную книгу… и робот отнял ее.
– Погоди, – сказал Керри. – Она мне нужна.
Он попытался выхватить книгу из щупалец. Тщетно. Радиола не обращала на него внимания. Она спокойно вернула книгу на полку.
Керри стоял, закусив губу. Это уже слишком. Чертов робот следит за ним.
Керри подкрался к книге, схватил ее и выбежал в прихожую, прежде чем радиола успела пошевелиться.
Тварь шла за ним. Он слышал мягкий стук ее… лап? Керри метнулся в спальню и запер дверь. Он ждал с колотящимся сердцем. Ручку осторожно подергали.
Сквозь трещину в двери проник тонкий, как проволока, жгутик и затеребил ключ. Керри прыгнул вперед и закрыл дверь вдобавок на засов. Но и это не помогло. Жгутик – высокоточный инструмент робота – отодвинул засов; радиола открыла дверь, вошла в комнату и направилась к Керри.
Его охватила паника. Чуть слышно вздохнув, он швырнул книгой в тварь, и та ловко поймала ее. Очевидно, ничего другого она не замышляла. Радиола развернулась и вышла, неуклюже покачиваясь на гибких ножках и унося запрещенное издание. Керри тихо выругался.
Зазвонил телефон. Это был Фицджеральд.
– Ну что? Как дела?
– У тебя есть «Социальная литература древности» Касана?
– Вряд ли… Нет. А что?
– Тогда возьму ее завтра в университетской библиотеке.
Керри рассказал, что случилось. Фицджеральд присвистнул.
– Лезет не в свои дела? Гм… Интересно.
– Я ее боюсь.
– Вряд ли она хочет причинить тебе вред. Говоришь, заставила тебя протрезветь?
– Ага. С помощью луча света. Звучит нелогично.
– Напротив. Это колебательный эквивалент тиамина.
– Свет?
– Солнечный свет способствует выработке витаминов в организме человека. Но дело не в этом. Она решает, что тебе читать, а значит, сама читает книги, причем сверхбыстро. Чем бы ни было это устройство, оно не просто робот.
– Можешь мне не рассказывать, – мрачно сказал Керри. – Это Гитлер.
Фицджеральд не засмеялся. Он весьма серьезно предложил:
– Может, переночуешь у меня?
– Нет, – упрямо отказался Керри. – Никакое проклятое радио не выгонит меня из собственного дома. Уж лучше я разнесу его топором.
– Что ж, надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Позвони мне… если что-нибудь случится.
– Хорошо. – Керри положил трубку.
Он направился в гостиную и холодно уставился на радиолу. Что это за чертовщина? И что ей нужно? Несомненно, это не просто робот. Столь же несомненно, что это не живое существо в том смысле, в котором живым является коллоидный мозг.
Поджав губы, он подошел к радиоле, покрутил ручки, пощелкал переключателями. Полились хаотичные звуки танцевального оркестра. Он переключился на коротковолновый диапазон. Здесь тоже ничего странного. И что?
И ничего. Ответа нет.
Через некоторое время он лег спать.
За обедом на следующий день он показал Фицджеральду «Социальную литературу» Касана.
– Что с ней?
– Смотри. – Керри пролистнул страницы и указал на абзац. – То, что здесь написано, имеет смысл?
Фицджеральд прочел текст.
– Да. По-видимому, автор утверждает, что индивидуализм необходим для создания литературных произведений. Так?
